Какие мысли и критические замечания мог бы высказать Лев Толстой в адр
Если бы Лев Толстой сегодня оценивал роль патриарха Кирилла Гундяева и современные религиозные тенденции, он, скорее всего, выступил бы с резкой критикой институционализированного быта церкви и её тесной связи с государственной властью. Толстой утверждал, что истинное духовное возрождение должно происходить внутри каждого человека – через исполнение воли Отца, а не посредством посредничества церковных иерархических структур. Он считал безнравственным, чтобы воля Отца передавалась исключительно через посредника в лице Сына, ибо, по его мнению, это отвлекает человека от личной ответственности за исполнение заповедей.Так, он писал: "Толстой считает безнравственным, когда волю Отца признают возможным исполнить лишь через Сына, Искупителя и Спасителя, он относится с отвращением к идее искупления и спасения, т. е. относится с отвращением не к Иисусу из Назарета, а к Христу-Логосу, принесшему себя в жертву за грехи мира Религия Л. Толстого хочет знать лишь Отца и не хочет знать Сына; Сын мешает ему выполнить собственными силами закон Отца..." (source: ссылка txt).Кроме того, Толстой был настроен критически и к тому, как государственные структуры внедряются в религиозную жизнь, связываясь с ложной общественностью и конформизмом, что, по его мнению, искажает первоначальное значение истинного христианства. Он отвергал любые попытки смешения религии с государственной властью, считая, что это приводит к институциональной деградации истинной духовности.Неудивительно, если бы он обратил внимание на современную религиозную политику, он, вероятно, сказал бы, что акцент на догмах, внешних церковных обрядах и мистериях спасения создаёт иллюзию духовности, отнимая у человека возможность самостоятельного морального самосовершенствования. Толстой выступал за идею, согласно которой духовное обновление должно происходить через личное усердие и непосредственное стремление к исполнению законов, заложенных в основе божественной природы человека, а не через посредство официальных церковных институтов.Таким образом, в адрес патриарха и современных религиозных выборов он мог бы высказать следующие замечания: • Критика любого оформления веры в виде догматизированной системы, где спасение сводится к ритуальному посредничеству, вместо того чтобы побуждать каждого к личному моральному росту; • Недовольство слиянием государственной власти и церковного иерархического устройства, что, по его мнению, подрывает подлинное духовное содержание христианства и приносит в жертву индивидуальную свободу; • Отрицание идеи, что через посредство сакрамента или обрядов можно заменить искреннее исполнение воли Отца, приводя к потере главного смысла веры.Supporting citation(s): "Толстой считает безнравственным, когда волю Отца признают возможным исполнить лишь через Сына, Искупителя и Спасителя, он относится с отвращением к идее искупления и спасения, т. е. относится с отвращением не к Иисусу из Назарета, а к Христу-Логосу, принесшему себя в жертву за грехи мира Религия Л. Толстого хочет знать лишь Отца и не хочет знать Сына; Сын мешает ему выполнить собственными силами закон Отца..." (source: ссылка txt)"Отвергнув государство, ложную общественность, отвергает, или, вернее, совсем не видит Церкви истинной..." (source: ссылка txt)Эти размышления ясно демонстрируют, что Толстой всегда настаивал на необходимости внутреннего самосовершенствования и личной ответственности, что он, вероятно, применил бы и к критике современной религиозной политики, воплощённой в образе патриарха Кирилла Гундяева.